Политрук поневоле (wonderbull) wrote,
Политрук поневоле
wonderbull

Category:

О безумных старушках и настоящих политиках

Вообще-то, рассматривая Вселенную как пространство для игр разума, я не считаю себя большим моралистом. Ничто не ново под Солнцем, и вряд ли чего однажды изменится. Поэтому ко многим возмутительным вещам лично я отношусь отрешенно.

Другое дело — те, кто на каждом шагу поверяет свои действия моралью и нравственностью. К таким людям очень хочется применить эти самые моральные нормы. В одностороннем порядке.

---

Познакомимся с Ниной Семеновной. Нина Семеновна — Бабушка-митинг, живой и дряхлый герой Рунета. В ее честь создали даже целое сообщество (я вступил):

«Нина Семёновна выдающийся представитель нашего времени. Не пропускает ни одного митинга, акции протеста или пикета. Исповедует все религии и входит во все политические партии. По выходным поучает молодожёнов у Вечного огня. Готовится стать президентом..


В принципе, не нужно быть доктором Хаусом, чтобы понять, что женщина 60+, не пропускающая ни одного митинга, и имеющая (см. фото) особые наряды для мероприятий разной тематики, психически нездорова. «Синдром Мюнгхаузена» или нечто подобное.

Многочисленные пруфы я кладу под кат, потому что мне в этой истории интересно совсем не ахаха гыгыгы стремная старуха на митинге.





К истории вопроса взаимоотношений с протестом. На конференции «Солидарности»:



Напомню, конференция — не общее собрание, делегатов туда выбирали. Кто-то выбрал Нину Семеновну, и она была не худшим делегатом. Очевидица: «Были и единичные не очень адекватные люди (это всё-таки по-моему, единожды нагло вспомнила, что умею свистеть — хотя потом стало стыдно), но большинство выступавших именно своей убежденностью очень порадовали. Двое порадовали особо — уважаемая дама в орденах, Нина Семёновна Гуличева...»

А это «Прогулка с писателями», весна 12.



9-е мая. Ордена у старушки не в порядке, на многих фото проблемы и со знаками различия.



15-е апреля, «Белые на Красной» площади. Контингент небогатый.



11-е апреля, «Белая Госдума».



26-е февраля, «Белое кольцо». Стоит.



4-е февраля, митинг. Не стоит.




(Со здоровьем хорошо вряд ли; психическое налицо, физическое — возраст. В 2006 старушка пыталась собрать денег на операцию печени, 30 тыр. Тщетно, ясное дело).

День Победы-2011. «Желала мало работы и много денег, раздавала значки ВЛКСМ со словами „власть, как мода — меняется“ и жаловалась на слабое здоровье». Ну, погоны и т.п.



«Химкинский Лес» на Пушке, я был на этом митинге и даже ее помню.



День Победы в 2010. На значке, мы понимаем, Сталин. С ним она стояла и в пикетах старшего Пономарева (ну, который Курилами торговал).



День борьбы с гомофобией (весна 2010).



Под патронатом Правительства Москвы.





Дальше вглубь эпох не пойдем, там все примерно так же. Завсегдатаи протеста вспоминают старушку еще на анпиловских акциях в 1991-м.

А вот что мне интересно в этой истории. Понимающие люди в курсе, что организация митингов и протестов «в мирное время» — это бизнес. Не слишком рентабельный, не слишком честный, не слишком привлекательный по всем прочим параметрам, но — бизнес. «Массовки.Ру», кремлевские молодежки, 500-рублевый «Левый Фронт» для поселка «Речник», и так далее.

Как бы мы назвали бизнес, эксплуатирующий изъяны инвалидов и даже усугубляющий их состояние, причем без оплаты труда этих инвалидов? Из известных мне предприятий, в такой бизнес-модели существует только индийская каста нищих, уродующая детей, чтобы им чаще подавали.

Впрочем, митингуя, больная женщина даже счастлива. Ее снимают журналисты, о ней восторженно пишут блогеры и СМИ. Ей уважительно внимают лидеры политических объединений. Пресс-секретарь Ильи Пономарева Данила Линделе упоминает о Нине Семеновне в конце своего (довольно известного) Открытого письма Путину: «У меня нормальный достаток, меня, в принципе, моя жизнь устраивает. Я молод, у меня все еще будет, не безнадежен — заработаю. Но вот Нина Семеновна, 1926 года рождения, ветеран войны, участница протестных акций, живет в подъезде своего дома, потому что ее дочь выгнала ее из квартиры

Казалось бы, если престарелая гражданка, твоя единомышленница, рассказывает тебе, что из-за несправедливости живет в подъезде, а ты день и ночь рассказываешь всем, что вместе со своим боссом как раз борешься за справедливость, да еще в партии «Справедливая Россия»... То не должны ли вы, справедливые люди, попытаться как-то решить проблему этой гражданки, for the Great Justice?

Или вот: «Бабушка-митинг попала в больницу с инсультом». Это случилось в ходе Оккупай-Баррикадной. Та самая дочка (не оккупайщики же, правильно) отчитывается журналистам:

«Когда 20 лет назад отец умер, мама на год попала в психиатрическую больницу. Она принялась ходить по Москве с вязаной виселицей „для Ельцина“. Полиция и сейчас ее не трогает: знают, что человек болен. Она не ветеран войны, а награды носит в память о муже. Запретить ходить на митинги ей невозможно. Это смысл ее жизни. Пробовала положить маму в больницу, но там ей становится хуже. А стоит сходить на митинг — расцветает...»


Предыстория с дочерью, по видимому, такова: у мамы квартира в Кургане, у дочки — в Москве, и своя дочка есть тоже. Жить в Кургане Нина Семеновна не хочет (наверное, мало митингов). В московской же квартире активной маме не живется то ли из принципа, то ли потому что надоела со своей фигней.

Итого: кроме правозащитников, ищущих массовки для своих акций, на Нину Семеновну всем насрать. Да и правозащитникам — насрать: психов в тусовке много, кому нужно разбирать, зачем очередной приперся на акцию? Встаньте тут, держите плакат, орденами на камеру...

Надо так понимать, что помимо членов издевательского ЖЖ-сообщества, инсульт Нины Семеновны заинтересовал только КП. И только потому, что до этого «ветерана» пыталось поднять на знамя оппозиционное «Эхо».

Обычно я стараюсь маскировать резкие слова, но здесь не тот случай.

Это пиздец, товарищи.


---

Между прочим, проблеме не день и не год. Нина Семеновна начинала свою оппозиционную деятельность еще с ЗПЧ, МХГ и «Мемориалом». Но у правозащзитников есть своя старушка на попечении — Людмила Алексеева; видимо, Нину Семеновну шугнули, чтоб не путать. Ридус вон, пожалуйста, путает:

1.17 МБ

С правозащитников какой спрос? Перед инвесторами они отчитываются печатью брошюр о правах и свободах, а перед гражданским обществом — никак не отчитываются, ибо не имеют к нему ни малейшего отношения.

Но за год активной протестной деятельности Нина Семеновна попала на глаза и в инстаграммы этого самого гражданского общества сотни раз. Ночевала с молодежью на Абае. Билась в припадке на Баррикадной. С кем-то даже разговаривала, излагала свои печальные истории разной степени безумия. Может быть, свела знакомство еще с одной, внешне подобной, поклонницей «Руси Сидящей, бесправной, нищей»:



Что среди людей, жаждущих обустроить Россию, не нашлось ни одного, готового обустроить старушек, — догадаться несложно.

О «Бабушке-митинг» собиралась было написать Костюченко (единственный из ныне действующих репортеров, имеющих шанс стать журналистом, на чьи тексты люди отвечают какой-то реакцией). Но, похоже, не сподобилась. Сподобилась Полит.ра, от чьих читателей милостей ждать — как революции от КС. Сподобился Оупенспейс: аудитория под рекламу лакшери-продукции. Сфотографировал кровать, которую для сумасшедшей старухи соорудил в подъезде дворник Низамуддин.

В комментариях люди интересовались, помог ли автор статьи ее героине. Автор не ответил. На этом — все.

Это было в августе.

---

Ходят, ходят старушки по митингам. Ищут встретить Человека.

Найдись такой, который бы их заметил, помог бы, отвел бы с улицы в социальную службу, да заставил бы их призреть и обиходить — вот с этим политиком (а только такой может быть политиком) я готов был бы на досуге поговорить о судьбах Родины.

А эти все, прошедшие мимо, — будь они хоть избранными, хоть Б-гоизбранными, — для меня говно последнего сорта. Мусор в ассортименте.


Tags: моя трибуна
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →